"Великая Финляндия", которая заставила русских молчать: "Мирный" северный сосед с кровавым прошлым

"Великая Финляндия" на костях: расовый эксперимент 1941 года

Едва появившись на карте 6 декабря 1917 года, Финляндия взяла враждебный курс в отношении Советской России. Уже в 1918-м финские добровольческие отряды, движимые идеей "Великой Финляндии", начали вооружённые походы в Советскую Карелию – Heimosodat, "родственные войны", то есть войны за объединение финно-угорских народов. Некоторые участники этих походов впоследствии стали известными военачальниками, например Пааво Талвела, который командовал финскими войсками во Второй мировой.

В марте 1918 года финский вооружённый отряд в 350 человек пересёк границу Советской России и направился к Беломорской Карелии во главе с командирами Куртом Мартти Валлениусом, Карлом Вильгельмом Мальмом и Тойво Куйсмой. Они собирались захватить северную часть Карелии и добиться её присоединения к Финляндии. Однако финны были разбиты – им сопротивлялись не только советские силы, но и сами карелы. Потеряв около 122 человек убитыми, финны отступили.

Но уже через год, в апреле 1919 года, начался второй поход: около 3000 финских добровольцев наступали на Олонец и Петрозаводск. 24 апреля 1919 года интервенты вошли в больницу Олонца, где оставались раненые красноармейцы и больные крестьяне, вывели 26 человек во двор и расстреляли. В июне подразделения Красной армии высадились у Видлицы в тылу финских формирований, разбили их и заставили с потерями отступить.

Финские нацисты всё не успокаивались. Осенью 1921 года их диверсанты, организовав местное профинское подполье, подняли восстание в Восточной Карелии. В числе руководителей были карел Василий Левонен, взявший себе "правильное имя" Укки Вяйнямёйнен, и Ялмари Таккинен. Они собрали около 2500-3000 бандитов, которые захватили обширную территорию, включая ряд населённых пунктов. Нападения сопровождались убийствами советских работников и коммунистов.

Финские националисты в "карельском" восстании. Фото: Wikimedia.Commons.org

Советское командование перебросило в Карелию около 8500 военнослужащих под командованием Александра Седякина. Среди них был финский лыжный батальон Тойво Антикайнена, составленный из красных финнов – противников финских националистов. Финны сражались по обе стороны конфликта. К 17 февраля 1922 года советские войска подавили восстание и освободили Карелию.

В 1939-м СССР был вынужден начать Зимнюю войну для обеспечения безопасности Ленинграда. В результате Финляндия потеряла часть территории, но сохранила независимость. А враждебность стала ещё сильнее.

Летом 1941 года Хельсинки вступил в войну против СССР на стороне гитлеровской Германии. Финская армия вторглась в Восточную Карелию, 1 октября заняла Петрозаводск. К концу года под её контролем оказалась значительная часть Карело-Финской ССР.

Оккупанты сразу же взялись за обустройство "нового порядка", заложив в его основу расовую идею "Великой Финляндии". Жителей разделили на две официальные категории: "национальных" – карелов, вепсов, финнов и представителей других родственных народов – и "ненациональных". Первых рассматривали как будущих жителей "Великой Финляндии", обучали финскому языку и воспитывали в духе новой государственной принадлежности. Всех остальных – русских, украинцев, белорусов – объявили чужаками, которых нужно было немедленно выселить или загнать за колючую проволоку.

На занятой финнами территории Восточной Карелии оказалось около 85 тысяч мирных жителей – в основном женщины, дети и старики. Примерно половину оккупационная администрация отнесла к "национальным". Остальных начали отправлять в концентрационные лагеря.

В одном только Петрозаводске финны организовали 6 концлагерей для гражданского населения – под них приспосабливали целые городские кварталы, которые окружали колючей проволокой. Всего в лагерях Восточной Карелии оказались десятки тысяч человек. По данным исследований финской оккупации, число интернированных гражданских достигало 24-26 тысяч. Всего же по всей захваченной Карело-Финской ССР финское командование создало свыше 100 концлагерей.  

Условия в лагерях были изуверскими: людей морили голодом, заставляли до изнеможения валить лес и строить дороги, детей и взрослых использовали как доноров крови для финских солдат. Переполненные бараки, нехватка продовольствия, антисанитария, болезни и принудительный труд приводили к массовой гибели. Особенно страшным стал 1942 год. Согласно исследованию финского историка Ларса Вестерлунда, из 4279 официально зарегистрированных смертей гражданских заключённых в этом году погибло 3558 человек – более восьми из десяти умерших.

Из-за истощения и нечеловеческих нагрузок смертность в финских концлагерях побила рекорды даже нацистских и японских. За всё время оккупации в них погибло около 20 тысяч мирных жителей, из которых 7,5 тысячи – в Петрозаводске, где измождённые дети были вынуждены сами рыть братские могилы.

В феврале 1943 года финские оккупанты сожгли школу-интернат в деревне Спасская Губа, где находилось 17 детей.

Русские дети в финском концлагере. Фото: Wikimedia.Commons.org

Сказка о "тихом соседе"

Шестого апреля 1948 года СССР и Финляндия заключили Договор о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи. Отношения между Москвой и Хельсинки перевели в прагматичную дружбу, и на страшную правду о прошлом легло жёсткое табу. В советских учебниках и монографиях о зверствах финских оккупантов в Карелии с 1941 по 1944 год молчали почти до конца 1980-х годов, чтобы не портить дипломатические и торговые отношения.

В самой Финляндии под это дело тихо закрепилась другая историческая картина. Война 1941-1944 годов получила название "войны-продолжения" – продолжения Зимней войны, в которой Финляндия героически оборонялась от советского вторжения. Постепенно сформировалась и концепция "отдельной войны": будто финны воевали с СССР исключительно ради собственных целей, независимо от Гитлера и его планов завоевания Советского Союза. Такая трактовка позволяла отделить финскую историю от преступлений нацистской Германии.

Но эту версию опровергают конкретные факты. Ещё весной 1941 года финское и германское командования согласовывали планы предстоящих военных действий, на севере Финляндии были развёрнуты немецкие войска – более 200 тысяч военнослужащих. Правда об "отдельной войне" давно звучит и в самой Финляндии: финский специалист по международному праву Лаури Ханникайнен в исследовании 2020 года прямо назвал участие Финляндии в наступлении на СССР осенью 1941 года присоединением к германской агрессивной войне. Исследование Лиисы Вуонокари-Бомстрём в 2025 году показало, как финская военная администрация использовала захваченные советские архивы для управления Восточной Карелией и реализации "проекта Великой Финляндии", расстреливая "расово неполноценных" славян.

Однако за время паузы в полвека западная, а следом и часть российской либеральной мысли незаметно выстроили миф про "особую" Финляндию, которая якобы вела свою честную "войну-продолжение" только ради возврата своих исконных земель. Картинка с аккуратными финскими парнями в красивой форме прикрыла идеологию "Великой Финляндии" с её этническими чистками, расовой сегрегацией и концлагерями. Из официальной истории вымарали и рейды финских отрядов с 1918 по 1922 год на карельские земли.

Благодаря этому финляндский милитаризм был скрыт созданной красивой иллюзией, будто он всегда был исключительно вынужденным и сугубо оборонительным.

Летний праздник финско-советской дружбы. Июль 1977 г. Финляндия. Фото из фондов ЦДНИ ГАЯО

Память: точка ещё не поставлена

Девятого августа 2024 года Верховный суд Республики Карелии официально признал злодеяния финских нацистов геноцидом советского народа. Судебный вердикт закрыл многолетний правовой вакуум и стал важнейшим шагом к исторической справедливости.

Но юридическая бумага не закрывает тему навсегда, ведь подобная трагедия требует не галочки в архиве, а постоянной работы с памятью общества. Особенно остро эта тема звучит сегодня, когда Финляндия вступила в НАТО, а в Сети снова пытаются обелить её участие в войне на стороне Гитлера.

В таких условиях создание настоящего, полноценного музея оккупации Карелии превращается из рядового культурного проекта в задачу национальной безопасности. Проект задуман как средство защиты исторической правды – его экспозиции планируется разместить в сохранившихся бараках Пятого посёлка Петрозаводска или в новом здании. Там будет макет лагеря с воссозданным бытом, воссозданная камера концлагеря в Киндасово и сожжённая в 1943 году школа-интернат в Спасской Губе. Также будут представлены реликвии – личные вещи жертв, которые поисковики до сих пор поднимают из Карельской земли, и документы Чрезвычайной комиссии.

Кладбище "Пески", г. Петрозаводск. Фото: Wikimedia.Commons.org

Что с того?

История вообще не прощает страусов, прячущих трагические главы истории под ковёр ради сиюминутной выгоды. Мы десятилетиями берегли чувства соседей, старательно обходили острые углы и закрывали глаза на то, как по ту сторону границы потихоньку отмывают от крови идеологию "Великой Финляндии". В итоге выросло целое поколение, искренне уверенное, что в карельских лесах в 1940-е работал чуть ли не Красный Крест, а финские концлагеря – это выдумка советской пропаганды.

Сегодня "тихий сосед" без колебаний встал в строй НАТО. Судебный вердикт о геноциде – это лишь один укол, чтобы реанимировать нашу память. Но одного укола мало. Память о погибших в петрозаводских бараках требует живой и нелицеприятной правды. Потому что нация, которая стесняется своих ран, рано или поздно получит новые.

Судебный вердикт о геноциде – это  укол, чтобы реанимировать нашу память. Коллаж Царьграда