"Какая у этого цена? Стоимость – неподъёмна": Почему окончание СВО затягивается? Ответ офицеров с фронта
Это было словно во сне, в другой реальности. Президент объявляет о начале специальной военной операции, в новостях заговорили о "нацистах", появились первые кадры ударов по позициям "врага". Сейчас эти слова уже не вызывают столь резкой реакции. Увы, война стала будничной. Никто и предположить не мог, что этот сон затянется на годы. Когда он закончится? У бойцов и волонтёров есть свой ответ.
Четвертая годовщина начала СВО из окопов видится не только по-другому, но и по-разному. Офицеры ВДВ из зоны спецоперации вспоминают, как зимой 2022 года десантники "открыли границы для русских солдат на территории противника и показали всему миру настоящую русскую силу". Авторы канала "Дневник десантника" отмечают, когда наши либералы извинялись перед украинцами, осуждали СВО и уезжали из России, настоящие солдаты русской армии начали воевать со злом.
За это время было дано множество оценок результатам и происходящему. Есть разные мнения, разные эмоции, разные выводы. Но самое главное остаётся неизменным: СВО начата не против украинского народа, как сегодня это пытаются внушить украинские пропагандисты, а против того курса, который стране навязали после 2014 года,
– поддержали небесную пехоту "Бешеные псы" из 74-й бригады мотострелков.

Скриншот с тг-канала "ZERGULIO"
Дроноводы из боевой группы "Овод" называют 24 февраля точкой невозврата для нашей страны, которая перестала оглядываться на Запад в поисках одобрения. Неоспоримый факт – наша армия научилась воевать по–новому. Кто мог представить, что обычный FPV – игрушка для мальчишек – станет символом современной войны? Что оптоволокно будут обсуждать не в офисах провайдеров, а в окопах. Но у всего этого есть цена. И об этом всякий раз вспоминают бойцы и их близкие, когда СВО проходит очередную годовую отметку.
Какая у этого цена? Стоимость – неподъёмна. Это боль, скорбь и тоска, которая затронула каждого. Сегодня она смотрит на нас с фотографий: радостные лица боевых товарищей, которые навечно остались там. И мы не имеем права сломаться или остановиться даже на мгновение ради них,
– заявили "Оводы".
"Напортачили. Но где?"
Действительно, идёт пятый год войны, а за космическое число убитых славян так никто и не ответил, что справедливо отмечают десантники в канале "За ВДВ". Только с той стороны за это время, по данным Минобороны России, погибло 1,5 млн военнослужащих. При этом треть из них только за прошлый год. В эфирах центральных каналов военкоры твердят о том, что мы продолжаем перемалывать противника, но в этом ли состоит демилитаризация? И что с денацификацией?
Демилитаризация? Украина теперь вооружена до зубов. Денацификация? Национализм на Украине вырос в разы. НАТО? Уже у порога, Финляндия от Питера на расстояние ракетного залпа "Смерча". Напортачили. Но где? В головах тех, кто поверил в собственные мифы. Итог: вместо "триумфа" – окопная тягомотина,
– констатируют десантники.
Затея верная, исполнение – без тонны мата не скажешь. Результаты, честно говоря, средние. Пока перелом в войне находится только в процессе – враг уже пошатнулся. Однако всё, что достигнуто на данный момент, достигнуто такой кровью, таким количеством потерь и таким чудовищным напряжением сил, что нельзя сказать, что мы совсем ничего не достигли и только лишь посыпать голову пеплом,
– уверен боец с позывным Vault, админ канала "Убежище №8".
Тут и освобождённые территории посчитать бы да вспомнить сорванные контрнаступы, не забыть о том, что наша армия превратилась в самую профессиональную. И всё бы хорошо, но в бочке мёда достаточно дёгтя. С досадой Vault отмечает, что у нас достаточно "вальяжных и медленно учащихся ответственных лиц", в военной системе много коррупции, схематозов и договорнячков, а возросший в прошлом году документооборот превратился в "бюрократическо-запретительское безумие".
"Красные линии" превратились в кровавые
Военный блогер Алексей Живов справедливо отмечает, что никто и подумать не мог, что нас ждёт, потому все рассчитывали, по общему на тот момент мнению и плану, что спецоперация должна была продлиться от нескольких дней до пары недель.
За четыре года боевых действий в ряды Вооружённых сил России были призваны 1,5–2 млн человек. Под контроль России перешло 116 тысяч квадратных километров территории бывшей Украины. Общие потери обеих сторон конфликта (убитые, раненые, пропавшие без вести) разными сторонними наблюдателями оцениваются в один миллион человек и более,
– приводит данные Живов, которые немного отличаются от цифр оборонного ведомства.

Скриншот с тг-канала "Дневник Десантника"
По его словам, конфликт на Украине по всем признакам – гражданская война, так как с обеих сторон в ней участвуют "этнически русские люди с разной этнокультурной идентичностью". Это понятно, но вопрос, который не даёт сейчас многим покоя, когда конфликт закончится, остаётся открытым.
Окончание конфликта затягивается из-за того, что ни одна из сторон не смогла в полной мере добиться поставленных перед собой задач, а компромиссный мир может разрушить внутриполитическую стабильность одной из сторон конфликта,
– уверен Живов, напоминая, что продолжение войны – прямой интерес союзников Киева в Европе и за океаном. Цель ясна – выдавить Россию с ключевых энергетических рынков мира. Единственным же нашими реальными союзниками в борьбе с нацизмом, по его мнению, стали Северная Корея и Иран.
"Дух Анкориджа" витает везде где угодно, но на фронте его точно не ощущают. Переговоры превратились в бесконечный сериал, где обе стороны уже бы и договорились, но есть третья, которая постоянно накручивает бессрочных квартирантов на Банковой. И пока этот процесс идёт, война продолжается.
Мы идём к Победе, но чётко сказать, какой она должна быть, не может, увы, никто. Украина должна прекратить своё существование? Россия должна забрать Харьков, Одессу и Николаев?
В начале СВО появилось модное выражение "красные линии". За четыре года они превратились в кровавые. Забыть об этом бойцы не смогут. Память погибших товарищей не может быть осквернена дежурным "договорняком", поэтому парни биться будут до победного конца, осознавая всю неподъёмность той стоимости, которую приходится платить сейчас за мир в будущем.